?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Flag Next Entry
хочу рассказать...4
piramidkin
Я уже подъезжал к госпиталю, когда на мой мобильный раздался звонок от отца иеромонаха N. После того, как я отвез дочь к знакомой, он туда приехал и, конечно, ему рассказали о том, что жена умирает.Там-же , на дому, сразу был отслужен молебен, а после этого о.N. позвонил мне. Он сказал, что хорошо бы соборовать жену и, что он сейчас подъедет. Я даже, вроде, начал протестовать, говоря, что она несколько лет назад уже соборовалась и 3 часа назад причастилась Святых Христовых Тайн. Мной подразумевалось, что физические церковные действия, все, которые были  возможны, уже сделаны и, вроде как, все теперь зависит от Господа. Но он сказал, что ни двойное, ни тройное соборование еще никому не повредили, а то, что это не принято, часто собороваться - глупость и, что он все равно сейчас приедет в госпиталь. Я согласился и пошел к жене.
В корридоре со спины увидел я Наташу, одну из тех наших знакомых, которой я только-что звонил с просьбой о молитвах. Она шла тоже к жене, разговаривая по телефону и, не видя меня, сказала кому-то: "...да, она умирает." Она сама медсестра, верующий, честный и принципиальный человек. Мы пришли. Жене было так-же плохо: она стонала, срывала кислородную маску.
Было около часу ночи когда появился о.N и сказал: "Ну, что, начнем?". Он зажег 7 огромных свечей и соборование началось. Мы с Наташеи стояли по бокам от кровати и все время поправляли маску и держали ее за руки, а отец N. у нее в ногах. Мне было не до молитвенного настроения, я стоял, наверное, чисто формально, не стараясь даже прочувствовать значимость обряда. Единственно было ясно, что мы должны все это сделать. На чтении 2-го Евангелия прибежала разгневанная дежурная медсестра и наругала нас и заставила потушить свечи. Это действительно было очень опасно- там кислород проходит по трубам через весь госпиталь.
В 2.30 ночи соборование закончилось. Я простился с моими добрыми ангелами. Потом пришел доктор и сказал, что жену в 4 часа утра переведут в реанимацию, т.к. здесь, в онкологии, они её жизнь уже поддерживать не могут. Сиделка остался сидеть с женой, я лёг спать на пол возле кровати.
В 4.00 ровно ее увезли в реанимацию. Я, в слезах, собрал все ее и мои вещи, накопившиеся в палате за этот долгий, трудный месяц. Мне дали помошника-волонтира, мы погрузили скарб на тележку и повезли её вниз к машине. На улице я взглянул на огромные университетские часы на фасаде одного из корпусов. Часы не работали. Я сказал попутчику - смотри, часы остановились. Ха, пошутили мы- бензин кончился. Часы были электронные. И они остановились в 2.30 ночи.