?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Денис ОСОКИН
piramidkin
ошаняй

через пумарь из уржума или в уржум когда еду – только об ошаняй и думаю. она лет семь уже в сернуре замужем. а я в уржуме десять лет живу. а пумарь – это наша родина. как раз между сернуром и уржумом. хорошо хоть не на самом тракте. с главной дороги перелесок только вдали виден. за ним пумарь. разное-разное у нас с ошаняй в пумари было – столько ласкового всего. не женились – разъехались – бог с ним. но теперь одно только в голову лезет – единственное про пумарь – это то что на известняк ее первый раз положил – на голый камень. нетрезвый неловкий был – боялся в темноте убиться – осень такая хмурая была – ни луны ни звезд. все куда-то вел ее вел за ладошку. потом всё уже – ноги землю перестали узнавать. а вокруг вроде глиняных круч и канав полно. пришли ошаняй. – сказал ей – и опустил на землю. ничего под нее даже не подложил – кофту с себя не снял. не сразу и заметил что в кровь изодрал свои коленки – что на корявых известняках лежим – покрытых битой крошкой. а ошаняй легонькая как травянка-гвоздика – худая – обнимает меня за голову и спину. и ничего – молчит. встали – домой пошли. целовались еще дорогой. утром я это место нашел – сел и заплакал. гладил одной рукой известняк – другой рукой себя по лбу бил. с этого дня началась наша с ошаняй настоящая любовь. глубокая как глаза. ошаняй не жаловалась на обиженную спину – а колени мои вот жалела потом. но я не могу. не могу. я от жалости не дышу – ничего не слышу. я в пумарь редко езжу. мне пумарьские рощи не нужны. полотенца с пумарьских деревьев пусть скорее на землю свалятся. лучшее что есть у меня в жизни – эти серые камни ошаняй. ошаняй прости меня.